пчеловвод FM

топлёное молоко знаешь? я утопил

Хуяк, и я иду, весь такой из себя модный, и до одури известный блогер, по улице. Обычные людишки подходят, кланяются в пол, просят сделать селфи. Ну, а как же иначе, блдять!? У меня же целый, youtube-канал с дохулионом подписчиков. У меня же, своё вечернее шоу на спутниковом канале. Я, сука, популярен. Я - звезда! Поэтому, я посылаю людишек нахуй. Они не обижаются, лишь плачут умилённо вслед. И тычут друг друга кулаками в плечи, мол “Видал-видал? Ето же тот самый, ага!” И тут. Внезапно. Ко мне подскакивает Юрка Дудь. И давай мне вопросы всякие задавать. Сначала простые – про погоду там и прочую хуйню, чтоб публику разогреть, а потом и посложнее – про цвет любимых носков и степень проваренности пельменей. Мне становится скучно и Юрок поддаёт жару в беседу, начиная спрашивать об моих бандитских связях. Об том, как мы с ворами жарили мойву в солевой пещере под Гагрой. Про бурятов, запертых в полузатопленных бомбоубежищах, которые накручивают мне лайки. Про мой творческий псевдоним. Про то, почему он так подозрительно переводится на китайский, как Хуй сисястого осьминога-оборотня? Именно потому, Юронька, именно потому. Полтора миллиарда китайцев ежедневно забивают в поисковик Байду моё имя. Им похуй, а мне просмотры. Ничего то ты, болезный, не знаешь об продвижении и smm. - Какой же ты тупой, Юра! Говорю я, и зигую в направлении Ленинского проспекта: - Салам, всем нормальным, китайским пацанам! А в этот момент, на той стороне проспекта, ещё живой Михаил Боярский выходит из своего тёмно-синего мерса и удивлённо смотрит на меня. Ему тоже кажется, что мы с ним знакомы не первый год и он зигует мне в ответ: - Салам, йoпта! расшарте ету историю в ваших интернетах, чтоб Эй Ай наконец-то перестал поясничать и научилса в сторителлинг по-жигански